Приключения Влада Штангера (12-й калибр)
Вадим Шлахтер
Влад с Камилем смотрели борьбу.
Боролись молодые горцы. Борьба довольно примитивная. Но жесткая. Что-то типа татарской борьбы в пояса, с детства знакомой Владу, но с подсечками, подножками и подхватами.
— Камиль, а зачем в борьбе столько ограничений, — спросил Влад. — Ограничения снижают эффективность.
— Ты сам говорил, что борьба не для боя. Борьба для воспитания. Воли к победе, характера, стойкости.
И для тренировки тела — сил, выносливости, гибкости. А в бою нужны лишь эти качества. Воины в бою редко сходятся в рукопашке. Ну, а если сойдутся, бодаться как борцы они не будут.
Скажи, много силы надо, чтобы нажать курок пистолета в упор?
Или всадить нож в печень врага?
— Да нет, не много. Меня тоже поражает то значение, которое придают всем этим боям без правил, «Боям почти без правил». Ведь метнуть стальной пруток или выстрелить из травмата куда легче, чем годы долбить груши.
— Да рассказывали парни из соседнего Горностана, у вас там в Питере вышел у них конфликт по бизнесу с какими-то крутыми наци-бойцами. Все накачаны, как воздушные шарики, все в татушках-свастиках, коловратах, только фаллическими символами не разрисованы. Наехали на ребят. «Черные», — говорит один. «Черножопые», — говорит другой. Ребята им сказали, что, во-первых, из них двое рыжих, а один русый, а среди нацистов два брюнета, так что кто «черный», еще надо посмотреть, а с их правилами гигиены жопы чище, чем морды этих уродов. До драки не дошло, но стрелку забили.
Пришла толпа этих клоунов брито-татушных. Человек тридцать. Среди них даже один чемпион по пинкам по жопам на многоугольнике. Стоят, разминаются, биты крутят, хрень свою какую-то несут. Парни из Горностана подъехали на старой четверочке жигулях, вылезли втроем, достали две тэтэхи и калаш. И у всех фашистов диарея!
Они то думали, что тут арена, на которой ярмарочные клоуны друг друга сношают, а тут вот она — СМЕРТУШКА — калибром 7,62. На всех хватит 46 пуль без перезарядки…
Так что жизнь есть жизнь, а смерть есть смерть — обосралась вся рать несокрушимая. а с ними и чемпион, который из себя перед журналистами великого воина корчит. Опора нации! Столп веры хренославной! — Камиль весело захохотал…
— С борьбой все понятно — гибрид самбо и татарской куреш, а там я смотрю — джигитовка?
— Пошли посмотрим.
— Круто!
Парни на скаку шапку с земли подбирают. Соскакивают и снова запрыгивают на всем скаку. На скаку стреляют. И все без воплей, без азарта, в каком-то сосредоточенном ритме…
— Верховая езда — один из благословленных Пророком (СААС) видов спорта. Мы трактуем его шире. Учимся водить все, что ездит и летает, Аллаху Алим, когда что понадобится…
Шейх не любит автомобили, так что здесь только верхом, а там внизу и все остальное.
— И спецтехнику?
— Конечно! и танки, и БМД, и спецмашины. Все-все-все!
— А вам разрешают?
— Разрешают! Сам Глава Республики Горной относится к нам доброжелательно. Хотя и настороженно. Мы поддерживали его отца, поддержим и его. Позовет — придем на помощь!
— Скажи, Камиль, ведь тарикатов много. Чем ваш отличается от прочих?
— Брат, в суфизме много заблудших. Тех, кто пришел искать мистику, магию. Они найдут себе друзей лишь из шайтанов. Есть такие, кто обращается с мольбой не к Аллаху, а к образам своих шейхов…
— Но ведь это ересь! Ширк! Многобожие…
— В чистом виде! Можно просить Аллаха благословить Шейха! Можно просить Аллаха дать Шейху великое знание и великую силу, явив милость свою нашему Устазу. Но нельзя поклоняться ничему и никому кроме Аллаха! И нельзя ничего превращать в объект поклонения… Только Аллаху мы поклоняемся, как сказано в первой суре Корана…
— Ваш тарикат называется Рашидийским, т.е. «Праведным?
— Ага! А еще салафитским. Так как мы следуем путем праведных предков — саляфов.
— А какого мазхаба придерживаетесь? Здесь в горах в основном шафииты…
— А наш мазхаб — Суннат Набийян (СААС). Все, что соответствует Сунне — наш мазхаб. Все, что не соответствует — нет. Да и Устаз наш всегда говорит: «Сверяйте мои слова с Кораном и Сунной. Пока они соответствуют — слушайтесь! Если, Астагфируллах, не будут соответствовать — следуйте Корану и Сунне, а не моим словам!»
— Так может быть вы совсем и не суфии?
— Суфии, самые настоящие. Я тебе потом расскажу все в деталях…
Тут зазвучал призыв на молитву.
Остановились борцы. Прекратили свой забег наездники. Смолкли выстрелы. Все слушали, как над горами разносится Азан. Молитву читал сам Шейх. После молитвы Влад спросил Камиля:
— Скажи, Брат, а разве есть довод на коллективные зикры?
— Сказано: «Поминайте Аллаха стоя, сидя и лежа на боках. А так же: «Собирайтесь для понимания Аллаха». Так почему бы нам не собраться после молитвы и не поминать вместе Аллаха?
Владу его аргументы показались спорными. Но он не стал вступать в теологическую полемику…
— Брат, Устаз желает с тобой поговорить, — подошел Салман.
— Иду.
— Расскажи, Рашид, как ты учил нефтегазов воевать? Мы культивируем джигитизм, одну из самых милитаризованных разновидностей суфизма. Мы строго следуем Сунне. Сказано овладевать, мы овладеваем. Сказано вести — мы ведем. Расскажи, Рашид! Ведь «Кто скажет, тот сеет, кто слушает, тот собирает». Ты много слушаешь, а нам не рассказываешь ничего! Хорошо ли это?
— Мои знания об этом мире слишком малы, О Устаз! Значит мне полагается только слушать.
— Расскажи мюридам то, что ты знаешь о городских боях. Здесь в горах мы сильны. И ни ваххабитам, ни иноземцам, ни продажным генералам нас отсюда не выбить. Но вдруг, Иншаллах, мы захотим помочь нашим братьям в городах, если они попадут когда-нибудь в беду.
— Ну что же, Устаз, с удовольствием! Ты на столько открыл мне глаза, что, если мои скромные знания будут полезны тебе, я буду искренне рад.
Итак, городские бои. По законам Нефтегазии, можно из оружия иметь только короткий нож, охотничье ружье и травмат. А нарушать закон страны, на территории которой обитаешь — нехорошо. Даже, если этот закон тебе не нравится, пока он не вступает в противоречие с твоей молитвенной практикой. Итак, охотничье ружье 12-й калибр. Почему не подходят тактические ружья и складные приклады? Элементарно, дольше вскидывать к плечу. Идеальный вариант — двухстволка. Короткие стволы — быстрее разворот. Длинный приклад — удобнее вскидывать, чтобы и плечо, и щека касались ружья одновременно. А потом движущиеся детали снижают прицельность стрельбы. Поэтому двустволочка-вертикалка или горизонталка — самое оно! В городе эффекитвная дальность боя не более сотни метров, а картечь или тяжелая дробь дают разлет такой, что не промажешь. А каждая картечина имеет энергию, как макаровская пуля… А с полусотни метров заряд дроби в бронежилет — это уже не воин. Надолго. Прямые боестолкновения с регулярными частями проигрышны. А появление тройки, шесть залпов и отход — самое то! Тройка — идеальная группа. Тройки должны мгновенно собираться на острие атаки создавая многократный перевес и так же мгновенно рассыпаться на тройки. Я сам для городских боев выбрал бы даже не «весло» любимое, а 12-й калибр двустволочку. Стрелять только залпами. Отходить только вместе. Своих не оставлять. Каждая акция должна быть четко сформулированной, прокачанной и отрепетированной. Причем многовариантно. Акции должны быть громкими. И атака должна быть направлена так, чтобы не пострадали простые нефтегазы. А жертвами нападений партизан должны становиться
Слуги Оккупационного Режима — СОР!
Зачистки проводятся на судей. Те, кто судит партизан, должны отстреливаться. Выявлять особо ярых врагов трудового народа и отстреливать.
Зачистки банкиров. Их ненавидят все. Зарабатывают деньги, обирая пенсионеров и бюджетников. Отстрел банкиров поднимет рейтинг партизан.
Зачистки старшего офицерского состава.
Зачистки чиновников-кровопийц. Проворовавшихся, но не осужденных.
Зачистки депутатов-слуг режима. Аплодировать будет вся Нефтегазия!
Можно совместить эти акции с экспроприациями. Но это все надо отрабатывать.
— Отработайте, — сказал Устаз, — мы должны знать об искусстве боя все. Камиль, веди мюридов! Всем отрабатывать и учиться. Рашид, командуй.
— Хорошо, Устаз.
Отряд, внимание! За мной, на площадку для занятий бегом марш!
И начались занятия.